Среда, 09 сентября 2020 13:01

Румынский писатель: Настоящие оккупанты Бессарабии – это её политики

594 ernu 1920x1020 c defaultПисатель Василе Эрну (Vasile Ernu) прокомментировал поразившее весь цивилизованный мир заявление главного эпидемиолога Молдовы, которое впоследствии заставило его уйти в отставку. Он заявил, что цинизм - это не природа проигранного события, а символическое обвинение правящего класса, который готовится к выборам, неуважительно относясь к тем, кем правит, пишет libertatea.ro.

В передаче на TVR Moldova, говоря о смертности от коронавирусной инфекции, директор Национального агентства общественного здравоохранения Николае Фуртунэ сказал: «Я не хочу, чтобы меня судили, и я не хочу казаться циничным, но все люди, жизни которых унёс COVID, были обузой для себя и окружающих. Люди, которые боролись с терминальными стадиями рака, диабетом на поздних стадиях, необратимыми сердечно-сосудистыми заболеваниями. Так произошло во Франции, Италии и, к сожалению, в Республике Молдова».

«Это жестокое циничное высказывание высокопоставленного чиновника неслучайно, - сказал Василе Эрну. - По совпадению, сейчас я на юге Бессарабии участвую в одном проекте. Я хорошо знаю этот район с 70-х годов. Я хорошо знаю проблемы области с межвоенного периода».

«По моему мнению, этот регион, возможно, за исключением войны, никогда не испытывал более ужасного социального распада. Даже период сталинских репрессий, которые носили колоссальный характер и сопровождались депортациями, не разрушили общество так, как это произошло за последние 20 лет».

Общество находится на грани разложения. Если Румыния находится в состоянии социальной депрессии, то Республика Молдова - в состоянии клинической смерти. Я совсем не преувеличиваю.

По сути, мы говорим о государстве, которое не только захвачено - это было бы слишком мягко, - но фактически оккупировано, разложено, приватизировано-ограблено и эксплуатируется, как при феодализме. 1990-е годы были для Молдовы ужасными: в социальном, экономическом, политическом, демографическом, культурном контексте. Я не даю вам данных, чтобы у вас не случился сердечный приступ. Независимость, вместо того чтобы вести к развитию, ведет к растворению. 1990-е начались классически: закрывались предприятия, приватизация (или, скорее, разграбление общественных благ) приводила к цепочкам банкротств, увольнениям людей.

Работа стала привилегией. Даже малооплачиваемые бессарабцы превратились не в дешевую рабочую силу, а почти в бесплатную - полурабство, бартер, алкоголизм и преждевременная смертность.

Это привело к крайней нищете и беспрецедентной экономической миграции. В сёлах - не будем забывать, что в Республике Молдова проживает более половины сельского населения - реформы привели к разрушению любых форм ассоциаций, коллективных форм работы на больших и технологических участках, превратив их в небольшие клочки земли, закреплённые за семьями и небольшими группами, которым не хватает технологий. Через несколько лет коллапс стал полным.

Модель эта была полным банкротством и привела к разрушению инфраструктуры и технологий, оставшихся от старого режима. Те немногие, кто сделал сельское хозяйство немного более продвинутым или специализированным - например, те, у кого есть теплицы, - были уничтожены шоком налоговых льгот для импортных товаров, которые вторглись на рынки. Появились и супермаркеты - стратегические инвесторы. Мы знаем, какой хаос они устроили.

Я собственными глазами видел горы весенней капусты, выращенной с большими инвестициями и трудом и брошенной в поле. Зачем? Потому что до этого группа умных и жадных до денег парламентариев уже сняла с них налоги. Почему в Бессарабии так поступают политики? Это что - свободный рынок, честная конкуренция: бессарабский крестьянин с лошадью и тачкой конкурирует с  субсидируемым в течение 50 лет европейским фермером или с крупными корпорациями, которые смеются и действуют как саранча? Безграничный цинизм. Вот почему я называю их «оккупантами».

Что еще сегодня означает полупустое бессарабское село? Оно стало генератором бедности: бедность зародилась в селе и умрёт там. С сельчанами вместе. Молдова - страна сельская, но не аграрная. Зачем? «Новые оккупанты», «наши», сделали это еще одним источником прибыли. Во что превратилось бессарабское село? В область, которая производит и экспортирует не сельскохозяйственную продукцию, не вино, виноград и помидоры, а детей. Да, детей.

Молдавское село стало экспортёром самых дешевых и молодых человеческих ресурсов в Европе. У всех детей одно желание: работать за границей. Большинство уезжает не квалифицированными, так что это - пушечное мясо. Где государство? Государство было оккупировано, приватизировано, и большинство учреждений превратилось в мелкие боярские предприятия, подчиненные олигархам. Вы работаете на государство, чтобы служить интересам частных групп, своего рода легализованных воров.

Самый дешевый ресурс в этой стране, знаете, что? Ни вино, ни виноград, которым мы раньше гордились. Самый дешевый источник власти в Кишиневе - это «новое крепостное право», это почти бесплатная рабочая сила, эксплуатируемая до крови и вывозимая как форма экономической миграции за границу. Она привозит в страну довольно много денег. Это единственный серьезный и стабильный источник финансирования для Бессарабии.

Пока интеллигенция, пресса и ведущие политики рвут на себе патриотическую рубашку, Бессарабия находится в клинической смерти. Это напоминает мне великого Салтыкова-Щедрина: «Когда много говорят о патриотизме, значит, где-то что-то украли».

Василе Эрну родился в СССР в 1971 году. Он окончил философский факультет (Университет им. Ал.И. Кузы, Яссы, 1996 г.) и получил степень магистра философии (Университет Бабеш-Бояй, Клуж, 1997 г.). Дебютировал в 2006 году с романом Născut în URSS («Рожденный в СССР»).

Mybusiness.md

Фото: zdg.md

ODIMM logo
280 70
Яндекс.Метрика